Top

Русские писатели. Блок Александр Александрович (1880–1921)

Автор: 

Ю.Л. Гаврилов

Рубрика: 

Русские тексты

Блок Александр
И опять ледяной влажный ветер с Невы, тревожный огонь, мерцающий за камышами пролива, ветер, ветер на всем Божьем свете, предчувствие бури, возмездия, Блок. 

Блок ждал этой бури и встряски,
Ее огневые штрихи
Боязнью и жаждой развязки
Легли в его жизнь и стихи. 
 

На перекрестке дорог, там, где хоронили самоубийц, Блок перевенчал Россию с ветром и стал трагическим тенором эпохи. Тенором потому, что были еще и "Снежная маска", и "Арфы и скрипки", "Незнакомка" и "Кармен", и поезд, летящий цыганскою песней сквозь брызги золотого, как небо Аи.

Блок – вечная загадка:

Что счастие? Вечерние прохлады
В темнеющем саду, в лесной глуши?
Иль мрачные, порочные услады
Вина, страстей, погибели души? 
 

Блок выбрал погибель… Вечный Веничка русской словесности, как все пропойцы–интеллигенты, тайно и безнадежно влюбленный в Блока, в железнодорожной поэме "Москва–Петушки" (помните: "Тоска дорожная, железная свистела, сердце разрывая…") вплотную подошел к разгадке неотвратимо убийственного воздействия поэмы "Соловьиный сад" на каждого пьющего русского человека…

"Не стучал я, сама отворила неприступные двери она…" А Блоку нельзя было не отворить: перед ним распахивались дали, к нему с высоты слетал ветер, в его объятия падали Прекрасные Дамы и Карменситы, его пеленала метель и целовала вьюга.

И голова шла кругом, горела огнем:

И в зареве его твоя безумна младость,
Все музыка и свет, нет счастья, нет измен
Мелодией одной звучит печаль и радость,
Но я люблю тебя, я сам такой, Кармен.
 

Но трезвый Блок знал и горечь измен, и позор паденья. Временно оглохнув от выстрела "Авроры", Блок призвал всех, всех, всех слушать музыку революции и полюбить мировой пожар в крови. Почувствовав на себе надвигающееся удушье, он, уходя, восславил тайную свободу, ту, которую у нас никто и никогда отнять не сможет. И одно из имен сокровенных ее – Блок.